Обряд посвящения[Rite of passage] - Джон Пассарелла

Нервно сжав губы, она кивнула.

Дин отвернулся и, приподнявшись, посмотрел поверх красного вагончика.

— Стой где стоишь! — заорал стрелок. — Или я вышибу тебе мозги!

Дин замер.

Но стрелок смотрел на Сэма, который стоял метрах в трех от него, около зеркальной колонны, подняв руки с развернутыми ладонями.

— Полегче, приятель, — спокойно проговорил Сэм. — Не нужно, чтобы пострадал кто–то еще.

— Нужно, — стрелок указал пистолетом на продавщицу. — Она не хотела возвращать мне деньги за обручальное кольцо, потому что у меня не было чека!

— Забирайте деньги, — проговорила продавщица. — Берите всё, что хотите!

— Я хочу то, что принадлежит мне, — уперся стрелок. — И всё на этом! Но тебе все равно вздумалось сучиться, а? Ты прямо как моя подружка.

— Она бы не хотела, чтобы вы сделали это, — Сэм приблизился еще на полшага.

— Паршивая сучка! Твердит, что у меня «проблемы с контролем гнева»! Да ни черта она не знает!

Сэм сделал еще полшага. Стрелок бросился к нему и выставил перед собой пистолет:

— Еще шаг, и я тебе дополнительных дырок в морде наделаю!

— Эй, мудак, — окликнул Дин у него из–за спины.

Так как справа находился прилавок, стрелку пришлось развернуться в другую сторону, чтобы прицелиться в новую угрозу. Но пока он поворачивался на сто восемьдесят градусов, Дин ударил его дубинкой по запястью. Стрелок взревел от боли, выронил револьвер из онемевших пальцев и прижал поврежденную руку к груди. Сэм подсек его под правое колено, и он свалился плашмя. Чтобы утихомирить его, Сэм надавил коленом ему на спину, а Дин бросил брату пару наручников, снятых с ремня раненого копа. Пока Сэм сковывал руки протестующе взвывшего стрелка за спиной, Дин осмотрел бессознательного охранника. Из рассеченной головы сочилась кровь, но пульс и дыхание были ровными. Наверное, ничего серьезнее сотрясения.

Покупатели, не сбежавшие из торгового центра после первого выстрела, начали выглядывать из–за витрин и выходить из магазинов, где прятались всё это время — оценить, миновала ли опасность, и если миновала, кто справился с угрозой.

«Слишком много глаз, — подумал Дин. — И мобильников с камерами и доступом в интернет. Нам нельзя тут оставаться. С таким же успехом можно было вывесить табличку «Вот они мы!» для Зубастиков».

Звук приближающихся сирен только усилил тревогу Дина.

А потом на стоянке рванул взрыв, послышались визг и крики.

Перед лицом новой угрозы покупатели помчались к выходу.

Дин недоверчиво посмотрел на брата.

С северной стороны торгового центра полицейские, положив руки на рукояти спрятанных в кобуры пистолетов, мчались к ювелирному магазину. За ними спешили двое специалистов из неотложки с медицинскими комплектами.

Сэм поднялся и попятился от стонущего стрелка. Дин ногой забросил револьвер в ювелирный магазин.

— Держите его подальше от Безумных Глазок[1], — проинструктировал он продавщицу, к которой присоединились и другие, до этого момента державшиеся на приличном расстоянии от стрелка и его предполагаемой жертвы.

Не дожидаясь ответа, братья присоединились к последним покупателям, выбегающим на улицу.

Очевидно, с того времени, как они зашли в торговый центр, произошло много чего. Полиция на этом конце парковки не скучала. В результате нескольких мелких аварий узкие выездные дороги оказались перекрыты. Полицейская машина по полной скорости врезалась в автомобиль покупателя, который пытался выехать по неправильной дороге. Другая машина перелетела через ограждение и взорвалась — тот самый звук, который они слышали. Бензин, вытекший из разбитых машин, стекал по дороге к пробке на парковке. Пока Дин осматривал окрестности в поисках человека в котелке и с тростью, он заметил мужчину, который расхаживал и нервно затягивался скуренной почти до конца сигаретой. Средним пальцем он стряхнул горящий столбик пепла, который описал дугу в воздухе и…

…приземлился прямиком в сверкающую лужицу бензина.

— А, дерьмо, — проговорил Дин.

Пламя разъяренной змеей метнулось по асфальту к череде автомобилей, который безуспешно пытались выехать с парковки. Воздух наполнился густым дымом от горящих шин. Люди с воплями вываливались из машин, охваченных снизу огнем.

— Отойдите от машин! — заорал Сэм зевакам, которые будто салютом на День Независимости любовались.

Вдоль западной стороны торгового центра медленно ехал полицейский автомобиль с включенной сиреной. Полицейский через громкоговоритель советовал всем покинуть парковку по южной пешеходной дорожке и выйти на шоссе 38.

Одна из застрявших на выездной дороге машин взорвалась. Силой взрыва ее подбросило в воздух, окна разлетелись. Когда взорвалась вторая машина, люди побросали те немногие пакеты, которые еще умудрились сохранить, и помчались по стоянке, как будто от стаи волков удирали. Множество людей устремилось в одном направлении.

Дин не мог винить их за выбранный путь отступления — подальше от горящего бензина и взрывающихся автомобилей — но что–то, помимо вероятности свалки, беспокоило его. Скверная ситуация становилась всё хуже, и конца этому не предвиделось. Теперь создавалось ощущение, что грядет что–то еще.

— Сэм, тебе не кажется, что… что–то не так?

— Ага. Только не пойму почему.

— Такое ощущение, что всё это происходит намеренно. Как будто кто–то за ниточки тянет.

Они последовали за толпой, пробирающейся к пешеходному переходу. Все замедлили шаг, оказавшись на зигзагообразной огороженной лестнице, которая поднималась над шоссе. Лестницу огораживала металлическая сетка, превращая ее в эдакую клетку–туннель для хомяков, чтобы вандалы не могли сбрасывать что–нибудь на транспорт внизу.

Не успев дойти до подножия лестницы, Дин заметил высокого мужчину в черном костюме, стоящего на другом конце перехода, со стороны Хиллкрест Шоппинг Плазы. Он как будто поджидал, когда людской поток приблизится к нему. И хотя Дин находился от него метрах в тридцати, и видно в толпе было плохо, одну деталь он заметил наверняка.

Шляпу–котелок.

ГЛАВА 9

Первое выступление Торы — провокация вооруженного человека на стрельбу в торговом комплексе — подняло волну паники. Но через считанные минуты после того, как он сосредоточился на более крупной задаче, кто–то или что–то преждевременно нейтрализовало разъяренного мужчину. Восстановленный порядок среди закипающего хаоса ударил по Торе физически, словно молотом. Он держал человека в поле «зрения» до того момента, как немедленное вмешательство стража порядка сорвалось. Теперь же он снова потянулся туда сознанием и увидел двух вмешавшихся чужаков, одетых в деловые костюмы, а не в униформу. Гражданские… люди называют таких добрыми самаритянами. Ему стало стыдно. Он отвлекся. Но план уже действовал, и текущая ситуация была важнее.